Как знают английский люди, которые забросили его после школы? 5 удивительных историй

Между прочим, не так уж мало

Английский ― это как езда на велосипеде: один раз научившись, уже не забудешь? Или скорее как амбарный замок: если не использовать, заржавеет и сломается? Наши герои с самой школы не занимались английским системно. Одним не повезло с учителями, у других не хватило времени на саморазвитие. И все они думали, что не помнят почти ничего. Но мы попросили каждого пройти наш тест на определение уровня языка и выяснили кое-что неожиданное.

Елизавета Войнова, 36 лет: «До сих пор стесняюсь разговаривать по-английски вслух»

Сегодняшний уровень: Intermediate

Английский я учила только в школе, и опыт был не самым приятным. Учительница так меня затюкала, что на долгие годы отбила все желание изучать язык и говорить на нем. Она внушила мне кучу всяких комплексов ― я до сих пор стесняюсь разговаривать по-английски вслух.

Несколько лет назад я путешествовала по Юго-Восточной Азии. Но и там удавалось обходиться без английского ― он в этих странах не особо распространен. Можно обойтись парой-тройкой простых фраз.

Так я и жила до недавнего времени: английским не пользовалась, ни на какие курсы не ходила. Но полтора года назад друзья пригласили меня работать в индонезийскую компанию. Поначалу я обходилась только русским и там. Однако в конце 2021 года все же пришлось столкнуться и с необходимостью знать английский. Часть нашей команды ― индонезийцы, вся переписка в рабочих чатах с ними ведется на английском, рабочие созвоны ― тоже.

Пришлось самой подтягивать правила, изучать наш профессиональный сленг. Занятия с репетитором я пока отложила: слишком большая загруженность, нет времени.

Андрей, 48 лет: «Бармен в Мадриде решил, что я попрошайка»

Сегодняшний уровень: Upper Intermediate

В школе я получал хорошие оценки, но английский не любил: учительницы менялись, у них было очень разное произношение и навыки «дрессировки». Класс был большой и неоднородный, большинство ребят не делали домашки. Темы уроков были нудные: помню, что «Зе Грейт Октобер Сошиалист Революшн» и «Москоу из зе кэпитал оф Совьет Юнион» растянулись на несколько уроков. И каждый ученик должен был прочитать текст вслух всему классу — ну тоска же!

Из школьной программы помню артикли и неправильные глаголы. А вот времена не помню вообще.

Словарный запас я пополнял себе сам и — уже после школы ― изучал компьютеры, интерфейсы и языки программирования. Тогда, в начале 1990-х, все это только появилось. Еще ради удовольствия делал подстрочные переводы любимых английских песен.

Первые поездки за границу случились только в 2007–2008 годах, и общение вела в основном жена, филолог и журналист с крепким знанием языка. Поначалу она и натаскивала меня на типовых ситуациях. Кстати, большинство моих поездок пришлось на франкофонные и испаноязычные страны, так что моего крошечного английского и языка жестов хватало для удовлетворения базовых потребностей туриста.

В Мадриде, Берлине, Брюсселе, Стамбуле попадались администраторы со знанием русского, и тогда мы общались как космонавты «Союз — Аполлон»: администраторы — на медленном русском, я — на шатком английском. Но все равно без курьезов не обходилось. Однажды в Мадриде я так витиевато поздоровался и неудачно попросил меню, что бармен-сверстник посчитал меня попрошайкой и выдал проповедь на тему «Труд, благотворительность и позор паразитам».

Я работаю дизайнером и менеджером проектов, все мои проекты — в РФ, так что ежедневно язык не нужен. Ну, разве что для отъезда из страны. Но лично мне знание английского могло бы пригодиться, чтобы быстро проходить дизайн-курсы на зарубежных сайтах и образовательных платформах. И для просмотра киноклассики на языке оригинала.

София Бессонова, 39 лет: «Мне не хватает “школьной палки”»

Сегодняшний уровень: Upper Intermediate

Я училась в одной из лучших гимназий города, но с английским нам не повезло. У нас была преподавательница, очень похожая на Веронику Кастро из знаменитого мексиканского сериала. На дворе стояли 90-е, и наша учительница мечтала выйти замуж за иностранца и уехать за границу. Отпуск она проводила в экзотических (как нам тогда казалось) странах: Египте, Турции. На уроках мы слушали рассказы о пирамидах и лукуме ― на русском. А в конце минут 10 тратили на неправильные глаголы. Она в итоге вышла замуж за британского подданного, а наши знания к 11-му классу заканчивались на «Лондон из зе кэпитал оф Грейт Британ».

Я тогда совсем не понимала, зачем мне учить язык. Для поступления в университет нужно было сдать русский, сочинение и историю. Но в последний момент историю заменили на английский. Это была катастрофа. Оставалось меньше года, чтобы подтянуть язык до проходного балла.

Мне наняли репетитора ― лучшую преподавательницу этого вуза. Я занималась с ней по два часа каждый день. Она была настоящим зверем, я рыдала после каждого занятия. Она не стеснялась в выражениях по поводу моих знаний, но даже отчитывала меня исключительно по-английски.

8 месяцев в моей жизни не существовало ничего, кроме ненавистного английского. Мне казалось, я делаю колоссальные успехи, но ей всегда было мало, каждый урок она твердила мне, что я провалю экзамен.

«Ты можешь думать, что знаешь английский, ты можешь даже с горем пополам сдать грамматический тест, но ты не знаешь языка до тех пор, пока не начнешь думать на нем», ― говорила она. Спустя где-то полгода, засыпая, я поймала себя на том, что думаю о событиях прошедшего дня на английском.

Я сдала экзамен на отлично. Это был единственный год в моей жизни, когда мой английский был на достойном уровне. Потом случился университет и молодой преподаватель-алкоголик, зачет у которого можно было купить за бутылку водки, а экзамен ― за бутылку коньяка. Естественно, студенты предпочитали этот вариант.

Без практики язык забывается. А практики в моей жизни не было после школы лет 8, пока я впервые в жизни не полетела на отдых за границу — в Египет. Там очень легко почувствовать себя англоговорящим туристом: «Ту бирс, плиз, энд ван кола». Хотя какие-то конструкции всплывали в памяти сами собой, особенно после «ту бирс».

С тех пор я много путешествовала, я до сих пор выезжаю на этих всплывающих в памяти конструкциях. Но в последние годы изъясняться таким образом стало стыдно и неудобно. Это такой мощный психологический момент: когда тебе стыдно, ты теряешься и забываешь даже то, что знал.

Я ходила на пробные занятия в разные школы, смотрела знаменитые уроки на ютубе, пыталась изучать язык по сериалам, но быстро все бросала. Видимо, мне не хватает той самой «школьной палки». Сейчас у меня ребенок, и я знаю, что буду учить ее языку в самом раннем возрасте, хочет она этого или нет. Именно в отношении языков у меня жесткая позиция: нельзя упускать момент.

Екатерина Дроздова, 29 лет: «Если учиться через “не хочу”, результата не будет»

Сегодняшний уровень: Intermediate

Изучать язык в школе мне нравилось, я даже дополнительно занималась с репетитором. Я училась в разных школах, в каждой нас делили на группы по уровню знаний, и я всегда была среди самых сильных учеников. Никогда не получала оценки ниже четверки.

Но потом язык пришлось забросить, потому что я поступила в технический лицей, где упор делался на технические предметы, а не на языки.

В институте на английский тоже выделяли мало времени ― там было уже настолько скучно, что на пары мне можно было не ходить: я и так весь материал знала отлично. Сегодня английский мне требуется нечасто. Если мы отдыхаем где-то за границей, решать бытовые моменты помогает супруг, прекрасно владеющий английским языком.

Нужен ли мне сейчас английский? Однозначно ответить сложно. Я учительница математики. Если вдруг захочется преподавать высшую математику в университете, там есть возможность читать высшую математику на английском языке для иностранных студентов. Получается, только так я могла бы использовать его в работе. Так что пока английский отложен в долгий ящик.

Полина Калинова, 36 лет: «После школы у меня был четкий Advanced»

Сегодняшний уровень: Pre-Intermediate

В нашей школе инглиш был усиленный: с 5-го класса уроки английского были ежедневными, а с 10-го ― вообще по 9 часов в неделю! У нас была очень сильная преподавательница, к ней стремились попасть со всего Ульяновска. Зайцева Татьяна Александровна, преподает до сих пор. Драла она нас ― мама не горюй. Мы боялись ее жутко. А к старшим классам все поняли: оно того стоило.

Она и в Лондон учеников возила, и историю на английском мы изучали. В итоге после окончания школы мы все, особенно отличники типа меня, имели четкий уровень Advanced. Правила отскакивали от зубов. Я до сих пор могу вам объяснить на английском правило про reported speech.

После школы я поступила в МГУ на журфак. Послушав меня на первом уроке, преподаватель английского сказал не приходить на занятия: меня уже нечему учить. На зачете я рассказывала его помощнице на английском, как съездила в командировку в Рио-де-Жанейро. Тогда мне хватало знаний, да и до сих пор хватает. Но с годами тает словарный запас, особенно если нет необходимости где-то применять английский язык.

В Турции я легко изъясняюсь, а Европа нам пока недоступна. Я вообще последний раз туда ездила в 2012 году.

В работе английский мне тоже не особо нужен. Но мысли о том, что надо снова заняться изучением языков, не покидают голову. Хотелось бы подтянуть разговорный английский — возможно, с носителем. И хочется понимать песни, смотреть фильмы без перевода. Вот этого не хватает.


или
Вы ввели неверный email или пароль
Регистрация
Нажимая, вы принимаете
условия соглашения
Маст рид
Это журнал онлайн‑школы Skyeng
Читать статьи полезно.
Заниматься с преподавателем —
полезно вдвойне
Подпишитесь
на «Skyeng Weekly»
Лучшие образовательные материалы по английскому. Раз в неделю по вторникам
Подписываясь, я соглашаюсь
Бесплатный вебинар:
«Принципы, которые помогают стать успешным» от основателя Skyeng
Забронировать место