Новая рубрика на SM: раз в две недели люди разных профессий из разных стран рассказывают о жизни, карьере и о том, как знание английского помогло им всего этого достичь.

Герой второго выпуска — Иван Калашников, главный редактор международных приложений Sports.ru — делится опытом и советами: зачем постигать искусство британского делового письма, как отличить ирландский акцент от мидлендского и вообще разговаривать с британцами, которые редко говорят прямо о том, что им нужно.

Я работаю на сайте Sports.ru уже 12 лет и за это время сменил много разных позиций. Начинал я как автор и редактор, который по-русски пишет про футбол и другие виды спорта, а потом появилась возможность уехать в Лондон. Английский футбол — самый популярный в мире, поэтому иметь собственного корреспондента там — это, скажем так, большое преимущество для медиа из любой другой страны. С того момента я и начал существовать в двух языковых реальностях: продолжал писать про футбол по-русски, но, естественно, чтобы на этот футбол ходить, нужно было договариваться с пресс-службами, журналистами, игроками и так далее, и все это на английском.

Читайте нас в Facebook, VK и на Яндекс Дзене. Подпиcывайтесь на наш Телеграм-канал.

Честно говоря, самым ошеломительным для меня тогда стали местные акценты: такого разнообразия и культа, как в Великобритании, я не встречал больше нигде. Там это часть идентичности, люди заботятся о своей речи, и не бывает такого, что после 10 лет жизни в Лондоне, например, акцент шотландца стирается. Первые рабочие встречи меня вообще выбивали из колеи. Я прекрасно предварительно списывался с людьми по почте, понимал все, что они хотели сказать, обменивался парой фраз по телефону. А потом мы оказываемся лицом к лицу, я понимаю, о чем должна пойти речь, о чем меня будут спрашивать, но самые простейшие языковые конструкции буквально разбиваются об мощнейший акцент. Помимо ирландско-шотландского, к которым я со временем привык, самым сложным до сих пор остается мидлендский — акцент людей, которые живут вокруг Бирмингема, Лестера, Дерби, Ноттингема. Первые месяцы жизни в другой языковой среде показали, что распространенные ситуации, в которых ты сначала не до конца понимаешь, о чем идет речь, со временем формируют языковые паттерны. Ты приходишь в магазин, просишь дать то-то и пакет, пожалуйста. А тебе отвечают, что это будет стоить столько-то, вот ваша сдача, хорошего дня. На третий раз ты привыкаешь и на рефлексах распознаешь все эти слова, даже если они сказаны с пакистанским акцентом, польским или ирландским.

Кроме того, в британском английском очень много идиом, устойчивых оборотов и словосочетаний. Сама речь часто подтверждает стереотип, что британцы не предпочитают говорить прямо, им нужно пройти максимально длинный путь от точки А до В, чтобы выразить себя, и потому что по-другому это может прозвучать невежливо, слишком прямо или грубо. Возможно, это мой личный опыт, но научиться этим вещам без постоянной языковой практики на улице, в гостях, в пабе крайне сложно.

Уезжал я в самом начале 2011 года по визе Tier 1 (General), которой, к сожалению, сейчас уже не существует, потому что консерваторы в Британии, выиграв парламентские выборы, решили, что к ним едет много иммигрантов, и программу эту закрыли. А виза действительно была довольно простой; единственное — для нее нужно было сдать языковой тест. Я сдавал IELTS. На курсы не ходил, а просто накупил учебников и аудиоматериалов, изучил их за два месяца и сдал с первого раза, хотя английский на тот момент у меня был обычный базовый. Проходной балл был 6,5, я получил 7,5, несмотря на то, что в школе язык учить не получалось из-за частых переездов и смены преподавателей, о чем я довольно сильно жалею.

Пока я жил в Лондоне, сайт Sports.ru развивался и все думал, как может медиа, которое пишет только на русском языке, завоевать мир. Мы поняли, что у нас хорошо получается делать мобильные приложения: если по посещаемости среди спортивных сайтов мы входим в тройку самых крупных в России, то из-за того, что мобильными приложениями мы стали заниматься намного раньше конкурентов, в мобайле мы лидируем с большим отрывом. Так стало ясно, что с этим продуктом и нужно выходить на международный рынок. Я вернулся из Лондона с опытом работы за границей и стал главным редактором международных приложений, чем занимаюсь уже 2,5 года.

То, что я теперь живу в Барселоне, отчасти моя инициатива. Когда мы решали, на каких языках должны быть наши приложения, мы поняли, что нужно отталкиваться от крупных футбольных клубов, а это «Реал Мадрид», «Манчестер Юнайтед» и как раз «Барселона». У них миллионы фанатов, готовых читать про это на своих языках. Естественно, наши самые массовые футбольные приложения — на английском, но у нас также есть приложения на испанском, итальянском, французском, индонезийском, арабском и немецком. Все эти редакции (а это 20–30 человек по всему земному шару) я и курирую в скайпе, слэке, почте и мессенджерах. И общаемся мы, естественно, по-английски.


«Внутри по-русски ты прекрасно понимаешь, что нужно сделать, но не всегда можешь объяснить, отчего выглядишь туповатым»


Несмотря на проблемы с уроками английского в школе, интерес к языку у меня был — в первую очередь, конечно, из-за музыки. В пятом или шестом классе я выписывал незнакомые слова из песен «Битлз» в тетрадку, поэтому мой изначальный лексикон почти полностью взят оттуда. По ним я сейчас могу разматывать клубки назад: вспомнить слово, понять, что знаю его из песни, и так прийти к тому, с какого эта песня альбома. Потом я учился в МГУ на географическом факультете, и там английский был довольно своеобразный — неплохого уровня, но с сильным уклоном в профессиональный. Так что я до сих пор помню, что «исток», «устье» и «русло реки» — это source, riverbed и mouth. Да, я мог сказать, что река врезается в горные массивы, но поддержать разговор это не особо помогало.

Потом, когда в жизнь пришел интернет, я стал читать музыкальные рецензии. Мне также очень помогли торренты и «Sex and the City» — не то чтобы мой любимый сериал, но первый опыт погружения в среду, где постоянно говорят по-английски. Просто «Криминальное чтиво» я уже тогда знал наизусть в переводе, и, когда Брюс Уиллис только открывал рот, я уже говорил его фразу на русском. А в «Сексе в большом городе» еще и много повседневной разговорной лексики. Книжный английский часто разбивается о реальность, в которой слова и фразы могут звучать по-другому. Так что сколько бы вы ни учили язык по книжкам и учебникам, не пренебрегайте сериалами.

Совершенно точно для работы на английском и с англоговорящими людьми нужно выучить как минимум еще один специальный подъязык — язык деловых писем. В англоязычном мире (в Великобритании точно, слышал такое же про Штаты) то, как ты пишешь письмо даже коллеге, который сидит через два стола от тебя, максимально отличается от того, как ты говоришь.

Устно можно просто помахать ему рукой, сказать «Хей!» и попросить сделать то-то. А вот в письме обязательно нужно официально поздороваться, потом поинтересоваться, как он, в стиле «Hope all is well» или «Hope you’re fine»; потом аккуратно, ни в коем случае не напрямую, спросить, что он думает о такой-то проблеме, или, если ты ждешь от него какую-то сделанную работу, спросить, не задумывался ли он о том, чтобы начать заниматься этим делом и, может быть, даже закончить его в ближайшее время. Это невероятное количество каких-то формальностей, которые нужно вплетать во вроде бы простую вещь, потому что иначе это будет звучать действительно невежливо. К тому же это такой социальный ритуал, с помощью которого ты показываешь, что адаптируешься к местной жизни. Да, ты можешь говорить по-английски, но сначала это скорее разговор на своем языке с помощью английского, поэтому есть русская, арабская или латиноамериканская его версия. А с помощью этих обстоятельных с завуалированными намеками писем ты попадаешь именно в английскую среду. Мне кажется, что это очень ценится: люди этого от тебя ждут и, когда понимают, что ты принял правила игры, расслабляются. Так что советую про это почитать, не раздражаться и понять принципы: это правда очень полезно, хотя временами кажется бессмысленным.

Принимая людей на работу, мы проверяем их уровень языка, поскольку он абсолютно необходим в международной команде. Тестовые задания претенденты получают на английском, а сделать их нужно на их родном языке, поэтому мы довольно быстро выясняем, понял ли человек, что от него нужно. Моя задача — разглядеть, насколько это нужный для нас человек. Я сам был в ситуации, когда ты внутри по-русски прекрасно понимаешь, что нужно сделать, но первое время не всегда можешь это объяснить, отчего выглядишь туповатым. Это недостаток разговорной практики, и он восполняется. А вообще, у нас очень много внутренней документации; идеи, придуманные в России, я транслирую сотрудникам, и иногда из-за уровня языка или специфики восприятия некоторым что-то бывает непонятно, и это превращается в нелепые и смешные ситуации.

В английском футбольном интернете популярен акроним GOAT, который расшифровывается как «Greatest of All Time». То есть когда Месси или Роналду забивают очередные три мяча или делают нечто выдающееся, люди в соцсетях начинают постить картинки и писать «Месси is the GOAT», то есть «Месси — лучший футболист всех времен». Все это, естественно, знают, тем более что слово «козел» в английском не является ругательством, как у нас в русском. Мы тоже попытались воспроизвести такого рода мемы, но выяснилось, что не все неанглоязычные люди в теме. Так в нашем испанском приложении появилось слово «cabrón» — реальное обзывательство, довольно-таки ругательное. Поэтому всякие такие аббревиатуры лучше перепроверять или вовсе не пытаться адаптировать.

Интересно, что такого уровня заимствований из английского, как в русском, я в других языках пока не наблюдаю, — возможно, просто потому, что другими языками настолько хорошо не владею. Но в российских сферах медиа и диджитал люди образуют невероятное количество производных от английских слов и часто пишут прямо по-русски, что надо «апнуть», «запушить» или «забустить» пост в фейсбуке или в инстаграме. Другие языки иногда этому сопротивляются. Например, испанцы не пользуются словом «сайт» или «веб-сайт». Вместо этого у них очень сложная конструкция — «sitio web». Ну, окей — может быть, для них не такая и сложная.


Читайте историю Рады Клименко из Aviasales!


Опыт жизни в других странах и такое конкретное погружение в языковую реальность помогает не только прокачивать язык, но и понимать, какие эмоции люди испытывают: почему они выбирают именно такие слова для описания того, что с ними происходит. То есть про Ольстерский конфликт между Ирландией и Британией русский, ирландец и британец расскажут по-разному. Языковые нюансы без знания контекста уловить очень сложно. Поэтому мне кажется, что в какой-то момент нужно переходить от книжек к живому человеческому языку, чтобы понимать, чем прием на работу отличается от посиделок в пабе с точки зрения речи. От практики возникает ощущение, что живешь будто в другой жизни, будто ты понимаешь и знаешь намного больше, ты меняешься и какие-то вещи начинаешь делать по-другому. А это, по-моему, одна из самых прекрасных штук в мире.

Бонус: Три англоязычных сайта от Ивана Калашникова, на которых можно позалипать:

reddit.com/r/soccer — сабреддит, где собрано все о футболе на английском;

forvo.com — дико полезный сайт с произношением иностранных названий и имен. Всегда иду туда, когда нужно сделать русскую транслитерацию;

itchyfeetcomic.com — сайт с комиксами про языки и культуру.

Читайте нас в Facebook, VK и на Яндекс Дзене. Подпиcывайтесь на наш Телеграм-канал.