Подпишитесь
на нас в фейсбуке

Английский язык по методике скорочтения: кому подходит и в чем польза

Как минимум, эта техника может сломать языковой барьер

Слово «скорочтение» часто ассоциируется с начальными классами, когда учителя замеряли скорость чтения (столько-то слов в минуту), а потом судили о наших способностях. Оказывается, английский язык тоже можно учить по методике скорочтения, но это уже совсем другой подход. SM поговорил об этом с Валентиной Вильдановой — руководителем школы языков «Жи Ши».

— Валентина, расскажите, с чего все начинается: как научить быстрому чтению на английском детей, которые пока плохо читают даже на русском?

— Начнем с того, что английский по методике скорочтения лучше преподавать детям от 10 лет и старше. Обучение английскому можно разделить на три группы: дошкольники, не умеющие читать на русском языке (мы вообще не обучаем их чтению); дошкольники и ученики начальной школы, читающие на русском; дети от 10 лет. Для последних методика скорочтения уже уместна и эффективна.

Начинаем мы с того, что учим детей постепенно соотносить звуки с буквами и с первых занятий читаем простые слова, а не заучиваем алфавит. Вначале это всегда медленное чтение, работа над произношением. На первых занятиях дети учатся читать закрытые слоги, простые слова типа catpet, потом более сложные, и так постепенно автоматизируется умение правильно произносить разные сочетания букв. То есть принцип в том, чтобы читать на практике, знать звуки и уметь их «собирать» в слова. Это для читающих дошкольников и начальной школы.

Условным скорочтением (подчеркиваю это, потому что скорость чтения как таковая для нас не является целью) мы занимаемся позднее, в средних классах, и оно не похоже на чтение «на скорость», о котором вы упомянули. Для нас скорость чтения — показатель того, насколько усвоен материал. То есть слова читаются правильно, ребенок понимает смысл текста и может его обсудить устно.

Методика основывается на том, что при быстром осознанном чтении мозг выходит из полусонного комфортного состояния и все мыслительные процессы ускоряются (а при разговоре на иностранном языке этих процессов очень много). Мозг начинает работать в режиме учебного стресса, мыслительные операции происходят быстро и, конечно, это помогает лучше запомнить, «прописать» и правильную артикуляцию, и нужную интонацию, и грамматические конструкции.

— Хочется возразить: ведь можно зазубрить, «отбарабанить» материал, но ничего в нем не понять.

— Мы прорабатываем тексты так, что ученики не просто воспроизводят отрывки из них, но и быстро переводят эти тексты и с английского на русский, и с русского на английский. А еще свободно говорят, используя лексику и грамматику из текста — опять же, за счет понимания смысла, автоматизированной лексики и грамматики.

Повторюсь, скорочтение начинается после этапа медленного чтения, когда мы убедились в том, что в тексте понятно все, в том числе служебные слова и формы. Важно, чтобы дети понимали, что такое I am, he is, отрефлексировали эти непривычные конструкции чужого языка «я есть ученик» и так далее.

— Хорошо, можно автоматизировать чтение, привыкнуть к часто встречающимся конструкциям. Но как навыки, полученные на занятиях скорочтением, помогут в случаях спонтанного общения?

— Что касается общения, методика показала себя эффективной, потому что мы отрабатываем и правильную интонацию фраз, от которой зависит их эмоциональная окраска, и грамматику. Ну а самое главное, что мы автоматизируем всю лексику и грамматику в речи в формате тренинга. Поначалу общение с носителями языка — стрессовый опыт, начинается путаница и смущение, и «выскакивает» в первую очередь то, что было автоматизировано на занятиях — то есть правильные варианты.

Например, я готовила мальчика к ОГЭ по английскому, ему было очень сложно психологически, особенно относительно устной части. Задачей было автоматизировать разговорные навыки и отработать конструкции таким образом, чтобы в первые минуты экзамена он мог связно и грамотно говорить, несмотря на волнение. Это помогло ему собраться в первые секунды — и потом уже импровизировать, отвечать свободнее, выбирать варианты.

Наверное, многие дети и взрослые согласятся с тем, что хорошее знание вопросов не гарантирует успешную сдачу экзамена — именно из-за его стрессовости. Скорочтение же дает инструменты для преодоления психологических барьеров.

— А взрослые за чем к вам приходят?

— Как правило, за разговорным языком, но, бывает, и за специальным английским, за профессиональной лексикой — медицинской, юридической, чтобы использовать язык в работе, получить повышение. Как и в любую другую школу, мне кажется.

Мы стараемся не только выполнить запрос человека, но и вместе понять, чего еще — кроме этого запроса — ему не хватает: уверенности в себе, каких-то навыков из сферы soft skills. Со многими взрослыми можно применять тренинговый, коммуникативный подход, и, пожалуй, он основной. Но у некоторых на начальном уровне просто отсутствует ясное представление о языке. Тогда мы предлагаем несколько занятий по грамматике с использованием системно-логического подхода (это позволяет быстро разобраться в устройстве английского языка), а потом можно применять методы скорочтения и коммуникативный подход.

У меня была ученица 52-х лет, которая никогда раньше не учила английский. У нее была четкая цель — через два месяца поехать в гости к подруге, которая вышла замуж за иностранца и, соответственно, общаться там на английском. Мы с ней прозанимались два месяца по методике скорочтения. На начальном этапе она бывает эффективнее обычных методов, потому что все сферы языка усваиваются быстрее.

— Таких запросов сейчас много, но каких реальных результатов можно добиться в таком возрасте и за такое время?

— Учитывая то, что начали с самых азов, добились мы немалого. Хочу подчеркнуть, что методика скорочтения не творит какие-то чудеса. Это были занятия мотивированного человека — и очень интенсивные занятия: четыре-пять раз в неделю по два-три часа. Поэтому удалось добиться ощутимого результата. Понятно, что общаться совершенно свободно с носителями она не могла, но вполне могла поддерживать беседу, ведь основные конструкции и базовую лексику мы освоили.

— Вы основываетесь на том, что стресс помогает учиться. Что вы ответите приверженцам весьма популярного сегодня педагогического кредо, согласно которому стресс во время обучения — главное зло, а надо, чтобы все играли, порхали и учились максимально расслабленно?

— Ну, смотрите, вы говорите о стрессе как о чисто эмоциональном неприятном состоянии. А мы считаем полезным стресс, при котором ученик работает на грани своих возможностей — именно интеллектуальных, не эмоциональных. То есть чтение должно быть не только быстрым, но и правильным, понимать устную речь нужно не замедленную учебную, а настоящую разговорную. То есть мы постоянно ставим перед учеником планку чуть выше, чем он может взять обычно. Это и есть стресс — в смысле изучения и испытания своих возможностей.

— Какая скорость чтения по-английски считается комфортной для ребенка и для взрослого?

— У детей примерно до 60-100 слов в минуту, у взрослых бывает до 120-150. И, соответственно, ускорение бывает до 200-250 слов в минуту.

— Проблема психологического барьера есть ведь не только в ситуации экзамена, но и в контексте обычного занятия. Как вы боретесь с этим стрессом — на этот раз в привычном понимании?

— Если человек на занятии закрылся, значит, мы перешли его личную границу возможностей. Планка была поставлена слишком высоко, и такого стресса быть не должно. Должен быть такой выход из состояния комфорта, который даст развитие и веру в свои способности. Мы делаем упор как раз на свободном и эффективном общении, знании и использовании своих сильных сторон.

Отвлекаясь от английского: на занятиях по русскому языку мы совмещаем грамотность и ораторское мастерство; ученики должны не просто выступить с грамотной речью, но и быть при этом уверенными, точно понимать, что они хотят сказать, и как это лучше выразить. И на английском, соответственно, тоже.

— И как люди реагируют, когда вы ставите перед ними такую задачу?

— Часто ожидают, что на первых занятиях мы будем много писать и изучать теорию, и иногда удивляются, что их с самого начала просят говорить по-английски. Удивление усиливается, когда у них это начинает получаться.

Сама я много видела взрослых людей с большим словарным запасом, которые хорошо знают грамматику, но от предложений «просто поговорить» отказываются, ссылаясь на еще не достаточный для общения уровень. На самом деле, что тренируешь, что и получаешь. Хотите начать говорить — говорите. Уже с первых занятий.


Учите английский в Skyeng
Путешествия.
Учеба.
Работа.
Радость от жизни.
Лучше с английским
Подпишитесь
на «Skyeng Weekly»
Лучшие образовательные материалы по английскому. Раз в неделю по вторникам
Подписываясь, я соглашаюсь
Поделитесь мнением:
как вы относитесь к иностранцам?
Пройти опрос и получить подарки